Ротенберг о драфте в КХЛ: почему наша система не копирует НХЛ?
Главный тренер СКА Роман Ротенберг вновь заставил хоккейную общественность говорить о развитии лиги. На этот раз поводом стало обсуждение драфта в КХЛ. В интервью он подчеркнул, что слепое копирование североамериканской модели не даст результата — у нас принципиально иная структура финансирования и подготовки резерва. «У нас клубы напрямую финансируют школы — и это дает результат. НХЛ больше 100 лет, у них своя экосистема», — заявил Ротенберг. В этих словах скрывается целая философия отечественного хоккея, которая сегодня вызывает как поддержку, так и споры.
Действительно, в НХЛ драфт — это центральный механизм пополнения команд. Клубы ежегодно выбирают молодых игроков из юниорских лиг, колледжей и Европы. Но в России школьный и юношеский хоккей исторически завязан на системы клубов КХЛ. Тот же СКА, «Ак Барс» или «Металлург» содержат целые вертикали: от ДЮСШ до молодежной команды. Финансирование школ идет напрямую из бюджетов клубов, а не через лигу или сторонние фонды. Это означает, что лучшие воспитанники уже с 14-15 лет находятся под крылом конкретного клуба. Проводить общий драфт, где СКА может выбрать парня из школы «Салавата Юлаева», — значит ломать сложившиеся десятилетиями связи и инвестиции. Как справедливо заметил Ротенберг, в такой системе клуб просто теряет смысл вкладывать миллионы в инфраструктуру, если потом игрок уйдет на драфте к конкуренту.
Экосистема КХЛ vs НХЛ: в чем принципиальная разница?
НХЛ строила свою экосистему больше века. Там юниорские команды (CHL, USHL) финансово независимы от клубов НХЛ. Драфт — это рынок, где каждый сам за себя. В России же клуб — это и работодатель, и спонсор школы, и тренерский штаб для молодежи. Ротенберг прав: попытка ввести драфт по североамериканскому образцу без изменения всей системы финансирования детского хоккея приведет к хаосу. Сейчас в КХЛ действует система приоритетного права на своих воспитанников. Клуб может удержать игрока, если тот прошел через его академию. Это рабочая модель, которая уже приносит плоды: на последних молодежных чемпионатах мира именно воспитанники российских клубных школ были лидерами. Например, на МЧМ-2021 и МЧМ-2023 костяк сборной составляли игроки, прошедшие через школы СКА, ЦСКА, «Локомотива» и «Авангарда». Это не случайность, а результат долгосрочного планирования и финансовых вливаний.
Однако у этой медали есть и обратная сторона. Критики отмечают, что отсутствие полноценного драфта снижает мобильность молодых талантов. Игрок, оказавшийся в системе богатого клуба, может годами сидеть в запасе, пока его ровесник из условного «Сочи» получает игровое время, но не может перейти из-за правил. Ротенберг парирует: экосистема НХЛ складывалась в условиях рыночной экономики и высокой конкуренции. У нас клубы — это часто градообразующие предприятия с социальной ответственностью. «Мы не можем просто скопировать драфт, потому что у нас другая база. Надо развивать свое, а не ломать через колено», — резюмировал тренер. Его слова подкреплены практикой: в последние годы КХЛ экспериментирует с ярмаркой талантов, но это, скорее, инструмент для легионеров и редких переходов, а не база для системы. Пока школы зависят от клубов, драфт останется лишь модной темой для дискуссий, а не реальным механизмом.
Таким образом, заявления Ротенберга — это не просто защита интересов СКА, а констатация факта: хоккейная Россия и Северная Америка идут разными путями. И то, что работает в НХЛ уже 100 лет, может разрушить хрупкий баланс в КХЛ. Вопрос лишь в том, насколько долго эта модель будет эффективной в условиях глобализации и отъезда талантов за океан. Пока же лига делает ставку на свои воспитанников, и у этого подхода есть свои сильные стороны.
Следите за новостями на SportJournal
0 Комментариев